• Voilà Mahalla

Неприкосновенность чести и частной собственности

Заведение уголовных дел с целью отъема собственности. Пример Российской Федерации. Позитивные изменения в сфере борьбы с пытками и незаконными сносами.

Информация из доклада направленного в адрес Всемирного Банка (на русском)


Поправки в ст 53-54 Конституции РУз направлены на усиление соблюдения неприкосновенности частной собственности и защиты прав предпринимателей.


Ситуация с предпринимательским классом в Узбекистане вероятно напоминает процессы происходившие в ряде других постсоветских стран.


Там, в результате роста влияния вероятно коррумпированных органов правопорядка при сужающемся пространстве для свободы слова и возможностей защиты гражданских прав, заведение уголовных дел с целью отъема бизнеса и личной собственности предпринимателей стало одной из важных статей коррупционного дохода силовиков.


Сама тема отъема бизнеса и личной собственности как на территории Узбекистана так на территории других постсоветских стран малоизученна.


Отсутствует точная статистика количества отнятых бизнесов и числа предпринимателей, посаженных с целью отъема собственности, как ввиду сужения свободы слова и подконтрольности властей гражданскому обществу, так и ввиду обыденности данного явления.


Примерный объем проблемы виден на примере РФ, где в 2013 году уполномоченный при Президенте России по защите прав предпринимателей Борис Титов предложил амнистировать более 100 тысяч бизнесменов, которые сидели в тюрьмах вероятно ввиду отъема их собственности силовиками.


Сам Титов вероятно в меру своих возможностей пытался спасти предпринимателей от произвола, а сама инициатива тогда еще могла быть выдвинута поскольку еще не произошел следующий этап сужения гражданских свобод в РФ начиная с 2014-2015 года.


В Узбекистане нет должности уполномоченного по правам предпринимателей.


С неофициальных слов некоторых узбекистанских адвокатов, Институт Уполномоченного Олий Мажлиса по правам человека (Омбудсмена) вероятно обладает низкой эффективностью при нулевой независимости от правящего режима, а сама тема заведения уголовных дел с целью отъема бизнеса и собственности предпринимателей Узбекистана не только во многом табуирована, но и, вероятно ввиду обыденности со времен произвола 1991-2016, не замечается ни прессой, ни государством, ни даже самим предпринимательским классом.


Приводятся примеры как при споре хозяйствующих субъектов одна из сторон может якобы прибегать к «услугам» по заведению уголовных дел в адрес руководителей и владельцев предприятий, часто с участием иностранного капитала.


Это, наряду с непрозрачностью и вероятной коррупционной составляющей при освоении международных кредитов при последовавших репрессиях в адрес активистов поднявших этот вопрос, являются одними из показателей сложного бизнес и инвестиционного климата в Узбекистане.


Далее отмечаются позитивные изменения бизнес-среды произошедшие с 2016 года, в том числе и под влиянием рекомендаций со стороны МФИ.


Также, власти Узбекистана сняли табу на обсуждение и борьбу с частыми пытками в рамках беззакония и произвола со стороны правоохранительных органов.


Усиление института Обмудсмена и законодательное введение возможности возмещения ущерба от пыток приветствуется, но отмечается, что пытки остаются обыденной практикой в Узбекистане.


Поправки в статьи конституции вряд ли изменят ситуацию, ведь суперпрезидентская форма правления при отсутствии гражданского контроля над органами правопорядка приводят к произволу силовиков, что мешает экономическому росту.


Отмечаются позитивные изменения в теме обсуждения сносов и решений о выделении земель в руки аффилированных с хокимами застройщиков, на фоне безнаказанности назначаемых хокимов и вероятного роста их коррупционных доходов.


Однако сам факт возмущений в социальных сетях, которые изредка переходят в обсуждение в СМИ, редко приводит к возможности отстаивания законных интересов собственников жилья и земли, а журналисты, блогеры и активисты поднимающие эти проблемы становятся жертвами физических атак, заведения административных и уголовных дел.


Отмечается, что ввиду намеченного сужения поля свободы слова и сворачивания реформ, направленный на улучшения качества управления, бизнес климата и на рост гражданского общества, повышается важность влияния на режим со стороны внешних, а не внутренних акторов.


Обсуждаются вероятные формы эффективного взаимодействия узбекского гражданского общества и бизнес сообщества с международными финансовыми институтами и глобальными корпоративными структурами, а также возможности для кооперации с международными некоммерческими организациями, заинтересованных в улучшении бизнес климата и в социальных преобразованиях в Узбекистане.

25 просмотров0 комментариев

Недавние посты

Смотреть все